Современная критика о “Ревизоре”

“В каком-то городке…,- излагает содержание комедии Булгарин, – городничий, земский судья, почтмейстер, смотритель училищ, попечитель богоугодных заведений представлены величайшими плутами и дураками. Помещики и отставные чиновники – ниже человеческой глупости. Жена и дочь городничего кокетки, каких… нельзя найти в малом городишке… Купцы и подрядчики сущие разбойники; полицейские чиновники ужас! В этом-то городишке все крадут, берут взятки, делают величайшие глупости, сознаются чистосердечно друг перед другом в своих плутнях

и даже преступлениях (например, почтмейстер говорит, что он всегда распечатывает чужие письма, из одного любопытства) и живут да поживают дружно и мирно, приводя только в недоумение зрителя, не понимающего, каким чудом этот городишко, в котором нет честной души, может держаться на земном шаре, когда ни хищные волки, ни лисицы не могут жить в обществе”.

Свой вывод Булгарин начал с предположения о возможности существования подобных городишек только на “Сандвичевых Островах, во времена Капитана Кука”, но в конце статьи уже отказался от подобной категоричности. Он пишет, что Гоголь, желая представить русский уездный

городок, изобразил городок малороссийский или белорусский… Да и сам городничий не мог бы взять такую волю в Великороссийском городке, между служащими да отставными дворянами”. “Словом, – заканчивает свою мысль Булгарин,- городок автора “Ревизора” не русский городок, а Малороссийский или Белорусский, так незачем было клепать на Россию”.

Автор рецензии считает комедию Гоголя вредной. Не знающий русской провинции может благодаря ей “подумать, будто, в самом деле, в России существуют такие нравы, будто может быть город, в котором нет ни одной честной души и порядочной головы”.

” Ревизор “, – по словам Булгарина,- не комедия, т. к. на административных злоупотреблениях комедию построить нельзя”.

Статья Сенковского в “Библиотеке для чтения” с небольшими изменениями повторила мнение “Северной пчелы”. Так же, как Булгарин, Сенковский советует Гоголю “оберегать себя от ряда необдуманных похвал”, исходя – щих из некой “котерии”. Последняя, нуждаясь в “примечательном таланте”, который можно было бы противопоставить барону Брамбеусу, избрала своим героем Гоголя и превозносит его до небес. По мнению Сенковского, это делает Гоголя человеком, стоящим “на пропасти, прикрытой цветами”.

Анализ “Ревизора” в статье следует за разбором комедии М. Загоскина “Недовольные”, которая противопоставляется комедии Гоголя. “У Загоскина была идея, и хорошая комическая идея, у г. Гоголя идеи нет никакой”. Сенковский так излагает понравившуюся ему идею “Недовольных”: пока человек не стоит у власти, он все ругает, всем недоволен; придя к власти, он начинает восхищаться всем тем, что раньше бранил. Но заберите у него власть снова, и он опять “будет все порицать и показывать, что в России невозможно жить”.

Считая лучшей сценой в “Ревизоре” объяснение Хлестакова с Марьей Антоновной, типичной девицей из среды мелкого дворянства Малороссии, Сенковский советует Гоголю написать новую пьесу, расширить эту удачно начатую в “Ревизоре” любовную интригу.

Цель Сенковского и Булгарина, как и всей реакционной критики, одна: парализовать общественное значение “Ревизора”.

Карикатура, фарс, грязная клевета – таков был приговор “Библиотеки для чтения”, которая “получила внушение извне преследовать комедию эту, как политическую, не свойственную русскому миру” (Анненков, 176). Между тем комедия Загоскина, которая получила высокую оценку в рецензии Сенковвкого, была встречена резкой критикой. В ней видели проявление недоброжелательства автора к опальным политически неблагонадежным П. Я. Чаадаеву и М. Ф. Орлову. Отзывы были напечатаны в журналах: в “Телескопе”, “Молве”, в

Откликнуться на комедию Загоскина в небольшой заметке для пушкинского “Современника”. Однако, как оказалось, Пушкин сам подготовил небольшую рецензию о “Недовольных”. Но ни гогодевская, ни пушкинская рецензии в печати не появились. Сохранившиеся черновики говорят о близости обоих писателей в оценке комедии Загоскина: оба они отнеслись к ней отрицательно. Но оттенки в содержании каждой из рецензий говорят о различном подходе к комедии. Пушкин подчеркивает свою солидарность с мнением московских журналистов: “Недовольные в самом деле скучная, тяжелая пиэса, писанная довольно легкими стихами. Лица, выведенные на сцену, не смешны и не естественны. Нет ни одного комического положения, а разговор пошлый и натянутый не заставляет забывать отсутствие действия”

Ненависть к Гоголю официального мира, светской среды и реакционной журналистики были мучительны для писателя: “Как ни странно покажется, что к числу причин, ускоривших отъезд Гоголя, мы относим и журнальные толки, но это было так” (Анненков, 81).

Понимая, что у реакционной журналистики трудно встретить сочувствие его комедии, Гоголь ждал приговора и суда широкого зрителя. Ему было важно услышать “суждения всех сословий”, “все толки и мнения всех возможных классов толпы” (V, 382), высказанных “своими собственными словами” непосредственно, так, как оно было “почувствовано в простоте”. Он хотел, чтобы люди высказали свое мнение, “еще не услышав сужденья знатоков, законодателей мыслей каждого”.






Актуальність комедії ревізор в наш час.
Современная критика о “Ревизоре”