Герой трагедии У. Шекспира “Отелло”

Представляя собой весьма точное переложение новеллы Джиральди Чинтио “Венецианский Мавр” из его сборника “Сто рассказов” (1566), ставшей известной Шекспиру, по всей видимости, в чьем то пересказе или в не дошедшем до нас английском переводе (итальянского языка Шекспир не знал), трагедия Шекспира тем не менее в главном кардинально отличается от своего первоисточника.

И это главное – характер ее центрального героя. У Чинтио Мавр, подстрекаемый кознями своего Прапорщика (в новелле личное имя имеет только Дездемона), коварно убивает свою жену, причем делает это не сам, а воспользовавшись услугами все того же Прапорщика,- так, чтобы самому избежать всяческих подозрений. И даже представ перед судом, он отрицает совершенное им злодеяние.

Отталкиваясь от уже существующего сюжета, Шекспир преображает его так, что достаточно заурядная авантюрно-криминальная история приобретает черты высокой трагедии духа. Известно классическое высказывание А. С. Пушкина: “Отелло от природы не ревнив – напротив: он доверчив”. Вместо истории преступления Шекспир написал историю человека, отличающегося от остальных не только цветом кожи (“Черен я!”), но и своими душевными свойствами: честностью, прямотой и детской доверчивостью. Любовь его и Дездемоны – естественна, ибо и в ней есть все эти качества, они столь же близки друг другу, как Ромео

и Джульетта или чета Макбетов.

Отважный воин, непобедимый генерал (вследствие чего Сенат Венеции отправляет его продолжать службу на Кипр) – и при этом простодушный ребенок, не ведающий о существовании в мире таких человеческих качеств, гак подлость, коварство, лицемерие, не допус-каюшнй и мысли о возможности обмана, измены и потому так легко уверовавший в россказни Яго – шекспировский вариант Прапорщика – о предательстве своего верного лейтенанта Кассио, о неверности своей возлюбленной жены Дездемоны. С этим ощущением, с этим знанием он не может жить – притворствуя, лукавя, он не способен превратиться в вечного соглядатая, в шпиона собственной жены.

Узнав, как он полагает, об ее измене, Отелло решительно меняется: нежность превращается в грубость, доверчивость – в подозрительность. Во всем – в каждом слове ее и жесте – чудится теперь ему обман; именно потому, что ранее никогда и мысли он не мог допустить о таковом. Единственное для него избавление от этого неотступно поселившегося в его доме (и его душе) сомнения – решение, к которому он приходит: убийство Дездемоны. Но, свершив его, О. узнает, что Дездемона невинна, что оба они жертвы той чудовищной интриги, что сплел так искусно Яго. 0. сам называет себя “убийцей честным”:

Я не в гневе мстил,

А жертву чести приносил, как думал”

В этих словах – ключ к совершенному им убийству: человек, для которого Честь – превыше всего, он не мог существовать рядом с пороком, не мог допустить, чтобы бесчестность осталась безнаказанной. Осознав весь ужас содеянного, он убивает себя – кинжалом перерезает себе горло. Первым исполнителем роли О., как и большинства иных героев шекспировских трагедий, был Ричард Бербедж. За прошедшие с тех пор четыре столетия эта роль входила в репертуар многих актеров-трагиков. В Англии: от Дэвида Гаррика (1745) и Эдмунда Кина (1832) до Лоренса Оливье (1938); прославленными исполнителями роли О. были немецкий актер Ф. Л. Шредер и американский актер-негр Айра Олдридж (1826), великий итальянский трагик Томмазо Сальвини (1856), русские актеры П. С. Мочалов (1828) и В. А. Каратыгин (1836), А. И. ЮЖИН (1907) и К. С. Станиславский, сыгравший О. в самом начале своего творческого пути в его же постановке на сцене Общества искусства и литературы (1896). В XX веке – А. А. Остужев (1935), Н. Д. Мордвинов (1944), грузинский трагик А. Хорава (1937), армянский – В. Папазян (1908). В последние десятилетия трагедия не пользовалась особой популярностью на русской сцене – тем интереснее необычная трактовка, предложенная А. В. Эфросом (1976, в главной роли Н. Н. Волков).

Образ шекспировского Отелло был воплощен в одноименной опере Д. Верди (1887, либретто А. Бойто). В либретто, четко очерченном и избавленном от деталей, не поддающихся музыкально-интонационному обобщению, основной конфликт смещен с действенного плана на психологический; уплотнение событийного ряда приводит к “сгущению” темперамента О., интрига очищена от натуралистически-бытовых подробностей. Мелодико-гармоничес-кий облик “венецианского мавра” проливает новый свет на трагедию О.: дитя природы, он неискушен в нюансах чувств и отношений; упоение в бою сменяется упоением в любви, и каждая новая страсть, вытеснив прежнюю, заполняет его мир. Музыкальная драматургия характера Отелло это чередование ряда контрастных состояний: безудержный гнев, всепоглощающая нежность, глубокая подавленность, бездонная скорбь, полное оцепенение. Лейтмотив любви, торжествующий в финале, по экстатичности сближается с темой Тристана и Изольды в ее вагнеровском воплощении.

Первым исполнителем партии Отелло стал великий итальянский тенор Таманьо (1887). В том же году состоялась премьера оперы в петербургском Мариинском театре (О.- Н. Н. Фигнер). Партию О. исполняли многие выдающиеся певцы: Н. С. Ханаев (1932), Марио дель Монако (1950-е гг.), В. А. Атлантов (1978). На балетной сцене образ О. воплотил легендарный танцовщик В. М. Чабукиани (1957).


Твір роздум яким я уявляю майбутнє україни.
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...
Герой трагедии У. Шекспира “Отелло”