Ян Гуйфэй героиня поэмы великого китайского поэта Бо Цзюйи “Вечная печаль”

В ряде произведений фигурирует под своим даосским именем “/Ян/ Тайчжэнь” (букв. “Великая Истина” – имя бессмертной феи, наперсницы богини Сиванму, “Царицы Запада”), а также просто “гуйфэй”, “Тайчжэнь”. Исторический прототип – фаворитка китайского императора Мин-хуана – “Просветленного государя” (712-756 гг., в истории фигурирует под своим посмертным именем Сюань-цзун, букв. “Мистический предок”). Реальная Я., рано оставшись сиротой, в отличие от большинства современниц сумела осознать себя как личность.

Воспитываясь

в богатом доме дяди, получила прекрасное образование, научилась писать стихи, петь и играть на музыкальных инструментах, играть в шахматы, ездить верхом. В даосском монастыре она имела возможность заниматься психотренингом, накоплением “жизненной энергии”, узнавать секреты “дао любви”, а в гареме восемнадцатого сына императора – познакомиться с искусством дворцовой интриги. Когда шестидесятилетний Мин-хуан впервые увидел молодую красавицу, она уже имела бесспорное преимущество перед всеми, кто мог претендовать на его внимание. Я. удалось всецело привязать императора к себе, а на важнейшие
государственные посты поставить своих родственников. Правда, когда фаворитке уже близилось к сорока, император пожертвовал ее жизнью, чтобы успокоить взбунтовавшиеся войска и спасти таким образом себя и свой трон. Но одновременно с гибелью Я. ушло былое великолепие двора и радости беззаботного существования. Власть пришлось уступить сыну. Источник жизненной энергии иссяк, в почетном заточении бывший абсолютный владыка внезапно ощутил тяжкое бремя старости. Обращаясь к магам в попытке вызвать дух Я., император как бы пытался вернуть прекрасное прошлое.

В литературе образы Я. и Мин-хуана идеализированы. На задний план уходит почти трехкратная разница в возрасте, разного рода “принижающие” детали. Китайские поэты, прозаики и драматурги воспевают столь редкую в мире душевную гармонию и бесконечную любовь блистательной царственной пары, для которой даже трагическая смерть не является препятствием. А прекрасная Я. превращается в даосскую небожительницу, обитающую после смерти в сияющих чертогах острова бессмертных и ожидающую там новой встречи с любимым.

Через мага, достигшего волшебного дворца в мистическом трансе, она посылает Мин-хуану половинку драгоценного гребня и напоминание о клятве верности, которую они дали друг другу на земле. Удивительно лиричен образ Я. в поэме “Песнь о вечной тоске”, рисующей любовь Самого Мужественного и Самой Прекрасной, чувство, способное “пережить Небо и Землю”. Из мира людей взор поэта устремляется в мир небожителей, где образ Я. прорисовывается особенно ярко, хотя в принципе поэма посвящена более тоске мужчины, вынужденного под давлением обстоятельств пожертвовать любимой ради народа и государства:

Рукавам заслоняет лицо государь,

Сам бессильный от смерти спасти.

Обернулся, и хлынули слезы и кровь

Из его исстрадавшихся глаз.

Более поздние новеллы (букв, “жизнеописания”) прозаичнее в любом смысле. Здесь Я. предстает прекрасной и любящей, но своенравной и капризной, в окружении камарильи родичей, исподволь разоряющих страну. Дважды слабовольный Мин-хуан пытается отослать Я. домой, приводя в ужас красавицу и ее родню, но первым не выдерживает разлуки. Появляется зловещий образ полководца Ань Лу-шаня, которому суждено поколебать трон Поднебесной, повествуется о сложных отношениях с Я. Авторы склонны сочувствовать красавице, вынужденной терпеть домогательства могучего полуварвара, однако конфуцианский мотив женщины как причины гибели Империи подспудно присутствует в некоторых новеллах. Авторы сочувствуют Мин-хуану как человеку, но осуждают его как правителя. Сцены гибели Я. описываются по-разному, порой весьма реалистично. В пьесе “Дождь в платанах” взбунтовавшиеся войска топчут тело Я., покончившей с собой по приказу императора.






Продовження історії нори.
Ян Гуйфэй героиня поэмы великого китайского поэта Бо Цзюйи “Вечная печаль”