Алексей Толстой: первые литературные опыты

Впечатлений, увлечений, занятий – множество, и притом самых разнообразных. Новая – студенческая – среда. Бурные споры, собрания, сходки. Непривычная для вчерашнего реалиста возможность самому распоряжаться своим временем: у студентов “свободное посещение”, можно ходить или не ходить на лекции по своему выбору и желанию. Учение – не всегда достаточно усердное: “Считаю излишним слушать богословие, иногда пропускаю начертательную геометрию… Но уже зато стараюсь не пропускать математики.

В самом деле, и предмет-то интересный,

и читает Кайлович уж больно хорошо. Целые дни просиживаю над чертежами” (письмо от 6 октября 1901 г.). Соседи по квартире – актеры – знакомят юношу с артистическим бытом, закулисной стороной театральной жизни, богемой. Увлечение театром, особенно игрой великой актрисы В. Ф. Комиссаржевской. Литература, знакомство с сочинениями Эмиля Золя. Недостаток времени, нехватка денег. “Экономия моя заключается в том, что я обедаю у тетки и завтракаю в Технологическом. Ужинать, по-моему, глупость. Я не ужинаю”. Частые “путешествия” с любимой девушкой по Петербургу, иногда целыми днями. Собственное, все еще подражательно-серенькое
творчество…

Этот калейдоскоп разнообразнейших увлечений настолько захватил восемнадцатилетнего Толстого, что он в первые месяцы учения был как бы глухим и слепым по отношению ко всему, что не касалось лично его. Только с начала 1902 года юноша начал понемногу разбираться в происходящем вокруг. А жизнь столицы была весьма напряженной. Неуклонно росло рабочее движение, под его влиянием усиливались волнения среди революционно и прогрессивно настроенной части студенческой молодежи. Чтобы пресечь демонстрации и забастовки студентов, правительство издало “Временные правила 29 июля 1899 г.”, которые предусматривали отдачу в солдаты “воспитанников высших учебных заведений, удаляемых из сих заведений за учинение скопом беспорядков”. Применение этих “правил” в 1901 году (в солдаты \ было отдано 183 студента Киевского университета) вызвало широкую волну студенческих и рабочих демонстраций и забастовок.

Во всеобщей забастовке студентов России в конце 1901-1902 годов участвовало около 30 тысяч человек. Во многих учебных заведениях Петербурга занятия то и дело прерывались, – по решению студенческой сходки или по приказу властей. Полиция в разных частях города проводила повальные обыски среди студентов. “Время теперь паршивое, неопределенное, – и в институт и не хожу, – сообщал Толстой родным в январе 1002 года, – боюсь, что у меня будут делать обыск, тик как на Васильевском острове почти везде обыски, мо особенного у меня ничего нет, только неприятно”.

В Технологическом занятия возобновились 12 ян-ипря, однако на лекциях студентов почти не было,- пин собирались группами в коридорах, наполняли чертежные, возбужденно гудели в зале. В следующие дин на сходках началось обсуждение вопроса о новой ннбастовке. Начальство приказало прекратить лекции, и затем начались аресты. “Из наших арестовали двадцать четыре человека… некоторых я знаю, – очень симпатичные люди”, – писал Толстой родным. Незадолго до этого, в ноябре 1901 года, правительство под напором революционного движения издало новые “Временные правила”, которые давали студентам право собраний и сходок, но при условии обязательного полицейского надзора. Министром просвещения Николай II назначил генерала Ванновского, перед этим бывшего военным министром. Уже ближайшие события показали, какова истинная цена “либеральным” жестам царизма.

8 февраля 1902 года студенчество решило отпраздновать юбилей Петербургского университета (он был открыт в 1819 г.). Начальство предусмотрительно запретило вечеринки по этому поводу, однако студенты направились в Народный дом и там после спектакля организовали собрание с лозунгами против “Временных правил”, против министра просвещения Ванновского и министра внутренних дел Сипягина. На борьбу со 150 студентами и курсистками власти бросили полицию, казачью часть и 500 дворников. Студенты были рассеяны силой, многие из них были избиты и изувечены.

Уже 12 февраля в Технологическом институте начались сходки. 3 марта Толстой принял участие в демонстрации студентов на Невском проспекте. На этот раз, наученные Горьким опытом, демонстранты не собирались все вместе, а, разбившись на группы, смешались с толпой. То в одном, то в другом месте вдруг поднималось красное знамя, демонстранты кричали: “Долой самодержавие! Да здравствует революция!” Туда бросались Казаки и полицейские, студенты рассеивались и собирались снова в другом месте. Возникали рукопашные схватки. В апреле сходка Технологического института приняла резолюцию с требованием студенческого самоуправления и отмены “Временных правил”.

В то же время, общаясь с рабочими, Толстой не мог не видеть собственной политической отсталости. Так, работая на Балтийском заводе, он писал отчиму: “Народ на заводе очень развитой. Например, рядом со мной работает нижегородец лет 32, так он и рабочий вопрос и политическую экономию читал, т. е. то, что ваш покорный слуга пытается тщетно уже несколько лет прочесть. Мастер этот (т. е. мастеровой, рабочий.- В. 3.) выписывает газету, и с ним очень интересно поговорить. Конечно, социал-демократ до мозга костей. И таких большинство, из мастеров, конечно. А начальники порядочная сволочь”.

После экзаменов, однако, настроение и планы Толстого переменились. Одни за другими он рвет путы, связывавшие его ранее: расходится с женой, бросает институт и целиком отдается искусству. Произошло все это не сразу, процесс был мучительный и достаточно долгий.

В апреле 1907 года выходит первый сборник стихов Толстого – “Лирика”, и летом этого года он укрепляется в мысли о своем литературном призвании. Хотя до окончания оставался только дипломный проект, Толстой забросил занятия в институте – просто перестал ходить туда. Товарищи явились к нему целой делегацией, пытаясь образумить, но Толстой твердо решил заняться литературой и покинул институт. Впрочем, колебался он еще почти год. Не раз ему приходила в голову мысль все-таки защитить дипломный проект, чтобы “иметь постоянный заработок и не исписаться в газетной работе”. Осенью 1908 года колебаниям приходит конец, – тяга к искусству победила.






Ми часто женемося за красивим і блискучим.
Алексей Толстой: первые литературные опыты