Н. С. Лесков (1831-1895) и его роль в истории литературы

Максим Горький сказал, что “как художник слова Н. С. Лесков вполне достоин стоять рядом с такими творцами литературы русской, каковы Л. Толстой, Гоголь, Тургенев, Гончаров”. Путь Лескова в литературе был сложным и трудным. Он на чал печататься в напряженные 60-е годы одновременно с целой плеядой писателей-разночинцев. Казалось бы, Лескова многое с ними сближало: интерес к народной жизни, использование жанра очерка, демократизация литературной речи. Однако нечеткость позиции в обстановке острой идейной борьбы привела к тому, что Лесков очутился в лагере противников революционно-демократического движения.

Это отразилось в его рассказе “Овцебык” (1863) и в двух романах – “Некуда” (1864) и “На ножах” (1870-1887). В романах (особенно во втором) содержались резкие нападки на “новых людей”, что и дало основание прогрессивной критике причислить Лескова к числу “антинигилистических писателей”. По поводу романа “На ножах” даже Достоевский, который сам в это время остро полемизировал с революционно-демократической идеологией, писал, что там “много вранья, много черт знает чего, точно на луне происходит. Нигилисты искажены до бездельничества…”. Однако стихийный демократизм, присущий Лескову, привел его в конечном счете к разрыву с реакционными кругами.

Проблема народа, поставленная в литературе 60-х годов, была

одной из центральных в творчестве Лескова. “Я не изучал народ…- с гордостью говорил о себе писатель,- я вырос в народе”. Уже в 60-е годы он был далек от идеализации народной жизни, объективно сближаясь в принципах его изображения с демократическим лагерем. Таковы “Житие одной бабы” (863) и “Леди Макбет Мценского уезда” (865) (это название должно было напомнить читателям название рассказа Тургенева ” Гамлет Щигровского уезда”). Создавая сложный характер Катерины Измайловой (“Леди Макбет…”) и сравнивая ее по силе страстей с шекспировской героиней, Лесков полемически отталкивался от “Грозы” Островского. Само имя героини, избранное Лесковым, конфликт между естественным человеческим чувством и традиционным строем патриархального купеческого быта – все это невольно напоминало Островского. Спор с драматургом был вызван иным пониманием характера взаимоотношений героини и окружающих ее жизненных обстоятельств. У Островского Катерина не несет на себе отрицательного отпечатка той среды, в которой она выросла. У Лескова же его героиня при всем ее стихийном влечении к воле, простору, любви оказывается в конечном счете зараженной пороками того самого купеческого быта, который, казалось бы, был так ей самой отвратителен и ненавистен. Для Лескова именно в этом и заключается суть трагического конфликта, который приводит его героиню к гибели. Сложное взаимодействие натуры и обстоятельств, определяющее противоречивость человеческого характера, постоянно оказывалось в центре внимания Лескова (“Воительница”, 1866).

В 70-е годы в творчестве Лескова возникают новые тенденции. Теперь он более критически относится к современной ему русской действительности (“Смех и горе”, 1887), к церкви (“Мелочи архиерейской жизни”, 1878). В то же время писатель стремится найти положительные идеалы в русской жизни. В новых произведениях он создает целую галерею ярких человеческих характеров, порою странных, даже смешных, но всегда наделенных чертами “праведничества”. Нравственный идеал автора выражался в типе “чудака” с его бескорыстной любовью к людям и служением ближнему.

Лесковские герои, страстные борцы за справедливость и истину, обладают острым и сознательным чувством родины, судьба которой их постоянно волнует. В многочисленных испытаниях, которые выпадают на их долю, они обнаруживают удивительную выдержку и чувство собственного достоинства. Таков, например, протопоп Савелий Туберозов (“Соборяне”, 1872), напоминающий непокорного и мятежного протопопа Аввакума, таков и Иван Флягин (“Очарованный странник, 1873), в котором при всей его необузданной натуре и озорстве, роднящем его с Василием Буслаевым, ощущается живое чувство красоты, чуткость и благородство.

К “Очарованному страннику” близок “Сказ о тульском косом Левше и стальной блохе” (1888), где также идет речь о талантливости русского человека, о его творческих возможностях и горькой судьбе. Замечательное мастерство Левши, сумевшего подковать стальную блоху, было для Лескова символом природной русской смекалки. Однако смысл “Сказа…” не ограничивался просто прославлением ловкости народного умельца. Ощущается здесь и трагический контекст: он выражен и в гибели Левши, и в том, что блоха, подкованная тульским мастеровым, уже не может двигаться… О трагической судьбе крепостного артиста рассказывается в “Тупейном художнике” (1883). Утверждение героического начала связывается у Лескова с сатирическим отрицанием русской действительности, сковывающей и искажающей духовные и творческие силы народа.

Если в 60-е годы Лесков противопоставлял национальную проблематику социальной, то к концу жизни социальный аспект восприятия и изображения жизни значительно усиливается. В творческом наследии позднего Лескова значительное место занимает сатира – “Загон” (893), “Зимний день” (894) и в особенности “Заячий ремиз (Наблюдения, опыты и приключения Оноприя Перегуда из Перегудов)” (1894). Творчество Лескова отличается широтой охвата разнообразных явлений русской действительности, в нем представлено множество колоритных и оригинальных характеров. Преимущественное внимание писатель уделял изображению необычных исключительных событий, ярких, цельных личностей. С этим связаны поиски новых средств художественной выразительности. Для литературы 60-70-х годов характерными были новые жанровые формы, нарушение привычных жанровых образований. Процесс этот коснулся и Лескова. Принцип обзорности становится для него ведущим: многие произведения состоят из эпизодов, имеющих самостоятельное значение. Отсюда возникают новы жанры: “невероятное событие”, “картинка с натуры”, “рапсодия” “пейзаж и жанр” и т. д., обогатившие современную ему русскую литературу и подготовившие развитие более свободных жанровых форм в литературе XX в.

Видную роль сыграл Лесков и в истории русско-украинских литературных связей. С помощью его произведений русские читатели лучше узнавали жизнь украинского народа, а в русскую культуру входили идейно-художественные традиции украинского народно-поэтического творчества, просветительские идеи украинской демократической литературы.

Украинские темы и мотивы отразились в ряде художественных произведений Лескова: “Детские годы”, “Печерские антики”, “Фигура”, “Некрещенный поп”, “Заячий ремиз”. Он хорошо знал украинский язык, украинский фольклор, которые нередко использовал в своих произведениях для создания соответствующего колорита. Первые переводы Лескова на украинский язык появились в 80-е годы прошлого века. Его переводили М. Павлик, М. Загирня, М. Гринченко, а в советское время – С. Васильченко, Н. Зеров, А. Кундзич и др. Среди русских писателей, внесших наибольший вклад в развитие и укрепление русско-украинских литературных связей, имя Лескова стоит в одном ряду с Гоголем и Короленко.


Що я найбільше ціную в людях.
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...
Н. С. Лесков (1831-1895) и его роль в истории литературы