Краткое изложение Компромисс Сергей Довлатов


С. Д. Довлатов
Компромисс
Главный герой, журналист, оставшись без работы, перелистывает свои газетные вырезки, собранные за “десять лет вранья и притворства”. Это – 70-е гг., когда он жил в Таллине. За каждым газетным текстом-компромиссом следуют воспоминания автора – реальные разговоры, чувства, события.
Перечислив в заметке те страны, из которых прибыли специалисты на научную конференцию, автор выслушивает от редактора обвинения в политической близорукости. Оказывается, в начале списка должны идти страны победившего социализма, потом – все остальные. Автору заплатили за информацию два рубля. Он думал – три заплатят…
Тон заметки “Соперники ветра” о Таллинском ипподроме – праздничный и возвышенный. На самом деле автор без труда договорился с героем заметки, жокеем Ивановым, “расписать” программу скачек, и они вдвоем выигрывали деньги, ставя на заранее известного лидера. Жалко, что с ипподромом покончено: “соперник ветра” выпал пьяный из такси и уже несколько лет работает барменом.
В газету “Вечерний Таллин”, в рубрику “Эстонский букварь”, герой пишет милые детские стишки, в которых зверь отвечает на русское приветствие по-эстонски. Автору звонит инструктор ЦК: “Выходит, эстонец – зверь? Я, инструктор ЦК партии, – зверь?” “Человек родился. …Человек, обреченный на счастье!..”

– слова из заказного репортажа о рождении четырехсоттысячного жителя Таллина. Герой едет в роддом. Первый новорожденный, о котором он сообщает по телефону редактору, сын эстонки и эфиопа, – “бракуется”. Второй, сын еврея, – тоже. Редактор соглашается принять репортаж о рождении третьего – сына эстонки и русского, члена КПСС. Привозят деньги для отца за то, чтобы он назвал сына Лембитом. Автор предстояшего репортажа вместе с отцом новорожденного отмечают событие. Счастливый отец делится радостями семейной жизни: “Лежит, бывало, как треска. Я говорю: “Ты, часом, не уснула?” – “Нет, говорит, я все слышу”. – “Не много же, говорю, в тебе пыла”. А она: “Вроде бы свет на кухне горит…” – “С чего это ты взяла?” – “А счетчик-то вон как работает…” – “Тебе бы, говорю, у него поучиться…” Проснувшись среди ночи у своей знакомой, журналист не может вспомнить остальных событий вечера…
В газете “Советская Эстония” опубликована телеграмма эстонской доярки Брежневу с радостным сообщением о высоких надоях молока, о приеме ее в партию и ответная телеграмма Брежнева. Герой вспоминает, как для написания рапорта доярки его послали вместе с фотокором Жбанковым в один из райкомов партии. Журналистов принимал первый секретарь, к ним были приставлены две молодые девушки, готовые исполнять любые их желания, спиртное лилось рекой. Конечно, журналисты полностью “воспользовались ситуацией”. Они лишь мельком встретились с дояркой – и телеграмма была написана в коротком перерыве “культурной программы”. Прощаясь в райкоме, Жбанков попросил “для лечения” хотя бы пива. Секретарь испугался – “в райкоме могут увидеть”. “Ну и работенку ты себе выбрал”, – посочувствовал ему Жбанков.
“Самая трудная дистанция” – статья на моральную тему о спортсменке, комсомолке, потом коммунистке, молодом ученом Тийне Кару. Героиня статьи обращается к автору с просьбой помочь ей “раскрепоститься” в половом отношении. Выступить в роли учителя. Автор отказывается. Тийна просит: “Есть же у тебя друзья-подонки?” “Преобладают”, – соглашается журналист. Перебрав несколько кандидатур, он останавливается на Осе Чернове. После нескольких неудачных попыток Тийна наконец становится счастливой ученицей. В знак благодарности она вручает автору бутылку виски, с которой он и отправляется писать статью на моральную тему.
“Они мешают нам жить” – заметка о попавшем в медвытрезвитель работнике республиканской прессы Э. Л. Буше. Автор вспоминает трогательную историю своего знакомства с героем заметки. Буш – талантливый человек, пьющий, не выдерживающий компромиссов с начальством, пользующийся любовью у красивых стареющих женщин. Он берет интервью у капитана западногерманского корабля Пауля Руди, который оказывается бывшим изменником Родины, беглым эстонцем. Офицеры КГБ предлагают Бушу дать показания, что капитан – половой извращенец. Буш, негодуя, отказывается, чем вызывает у полковника КГБ неожиданную фразу: “Вы лучше, чем я думал”. Буша увольняют, он нигде не работает, живет с очередной любимой женщиной; у них поселяется и герой. На одну из редакционных вечеринок приглашают и Буша – как внештатного автора. В конце вечера, когда все изрядно напились, Буш устраивает скандал, ударив ногой по подносу с кофе, который вносит жена главного редактора. Герою он объясняет свой поступок так: после лжи, которая была во всех речах и в поведении всех присутствующих, по-другому он не мог поступить. Шестой год живя в Америке, герой с грустью вспоминает о диссиденте и красавце, возмутителе спокойствия, поэте и герое Буше, и не знает, какова его судьба.
“Таллин прощается с Хубертом Ильвесом”. Читая некролог о директоре телестудии, Герое Социалистического Труда, автор некролога вспоминает лицемерие всех, кто присутствовал на похоронах такого же лицемерного карьериста. Печальный юмор этих воспоминаний состоит в том, что из-за путаницы, произошедшей в морге, на привилегированном кладбище хоронили “обычного” покойника. Но торжественную церемонию довели до конца, рассчитывая ночью поменять гробы…
“Память – грозное оружие!” – репортаж с республиканского слета бывших узников фашистских концлагерей. Герой командирован на слет вместе с тем же фотокором Жбанковым. На банкете, после нескольких принятых рюмок, ветераны разговариваются, и оказывается, что не все сидели только в Дахау. Мелькают “родные” названия: Мордовия, Казахстан… Выясняются острые национальные вопросы – кто еврей, кто чухонец, которым “Адольф – их лучший друг”. Разряжает обстановку пьяный Жбанков, водружающий на подоконник корзину с цветами. “Шикарный букет”, – говорит герой. “Это не букет, – скорбно ответил Жбанков, – это венок!..”
“На этом трагическом слове я прощаюсь с журналистикой. Хватит!” – заключает автор.



1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...



Продовжте історію о твіста.
Краткое изложение Компромисс Сергей Довлатов