Савина и Тургенєв

Роман І. С. Тургенева “Отцы и дети” появился на свет в 1862 году. И с тех пор он всё продолжает восхищать читателей своими художественными достоинствами, а политические, философские и эстетические проблемы, поднятые писателем на его страницах, всё продолжают вызывать несомненный интерес. Причина последнего заключается в том, что Тургеневу как великому художнику удалось запечатлеть в “Отцах и детях” несколько ярких эпизодов идейной борьбы между основными общественными силами в России конца 50-х годов ХІХ века.

В то время самым животрепещущим

был вопрос об отмене крепостного права. В ходе реформы 1861 года чётко выявились противоположные позиции либералов – дворян и революционных демократов; революционные демократы Чернышевский и Добролюбов ясно видели крепостнический характер готовящейся реформы; либералы, напротив, возлагали на реформу большие надежды, считали ее чуть ли не единственным средством разрешения крестьянского вопроса. Так на реформу смотрел и сам Тургенев.

Основным и единственным выразителем демократической идеологии здесь является Евгений Базаров. Тургенев наделил его материалистическими взглядами, любовью к труду

и к точным наукам огромной силой воли и способностью оказывать влияние на окружающих, показал его ненависть ко всякой фразе и позе, к косности и рутине. Все эти положительные черты Базарова писатель взял из реальной жизни, к которой был исключительно чуток. Не случайно М. Е. Салтыков – Щедрин в письме к другу Тургенева П. В. Анненкову утверждал, что “Отцы и дети” были “плодом общения” автора с демократическим журналом “Современник”, во главе которого стояли Н. Г. Чернышевский и Н. А. Добролюбов. И действительно, Базаров высказывает в романе мысли об устройстве общества, весьма близкие к отдельным положениям философии Чернышевского; он критикует суеверия и предрассудки, рабскую покорность народа, его пассивность примерно в том же плане, как это делали на страницах “Современника” Некрасов, Чернышевский, Добролюбов. Все это дает основание говорить о подлинном демократизме Базарова.

Однако Тургеневский герой не остаётся таким на протяжении всего романа. Писатель во второй половине “Отцов и детей” изменяет облик Базарова, приводит героя к пессимизму, лишает его веры в народ, в будущее России, то есть делает его непохожим на подлинных революционных демократов, философия которых была освещена высокими идеалами. Как умеренный либерал, приверженец постепенного, реформистского преобразования России, Тургенев не мог возлагать надежды на революционных демократов.

И все же, как великий художник слова, Тургенев искал объективную правду жизни и старался объективную правду жизни и старался достоверно воспроизвести ее даже в том случае, когда она противоречила его политическим и философским взглядам. Поэтому смысл романа далеко не сводился к стремлению автора поставить своего умного и сильного героя в трагическое положение и привести его к капитуляции перед любовью, перед всесильной природой, перед возвышенными и трогательными родительскими чувствами, перед “вечными” законами жизни.

Точка зрения “русского слова” (и продолжившего его линию журнала “Дело”) на роман Тургенева наиболее ярко отразилась в статьях Д. І. Писарева: “Базаров”, “Реалисты”, “Новый тип”, “Посмотрим!”. Вслед за Чернышевским и Добролюбовым Писарев считал главной задачей критики анализ идей и произведений, их соответствия жизненной правде. В статье “Базаров”(1862) Писарев снял с героя “Отцов и детей” обвинение в карикатурности, глубоко и всесторонне объяснил положительный смысл этого образа, подчеркнул жизненную важность и социальную значимость Базаровых на определённом этапе развития русского общества. В статьях “Реалисты” (1864) и “Новый тип” (1865) Писарев отдалил роман Тургенева от ряда антинигилистических романов 60-х годов и сблизил его с романом Чернышевского “Что делать?”.

К “новым людям” – героям романа Чернышевского – критик отнес тургеневского Базарова как “очень яркого представителя нового типа”.

Хотя Писарев несколько односторонне подошёл к (готов был оправдать даже скепсис героя по отношению к будущему героя и отрицание Базаровым искусства), он глубже, чем другие современники, врыл проблематику “Отцов и детей”. Поэтому статьи Писарева были весьма одобрительно встречены прогрессивной молодёжью 60-х годов.

Взгляд Писарева на роман “Отцы и дети” в основном разглядел и Герцен. Он прямо писал о статье Писарева “Базаров”: “Статья эта подтверждает точку зрения, в свей односторонности она вернее и замечательнее, чем о ней думали ее противники”. О Базарове же Герцен сказал, что он “все-таки подавил собой и пустейшего человека с душистыми усами, и размазню отца и бланманже Аркадия”. Роман Тургенева в силу своей злободневности нашел широкий оклик во всех слоях русского общества. Он не утратил актуальности и последующее время. Критики – марксисты В. В. Воровский и А. В. Луначарский по праву считали этот роман значительным явлением не только литературы, но и общественной жизни 60-х годов ХІХ века.

8 сентября 1916 года русская сцена понесла тяжкую и глубокую потерю: скончалась Савина. Для тех, кто имел счастливую возможность слышать и созерцать ее игру, любоваться тонкими и нежными оттенками ее исполнением уносить благодаря ей, в душе своей яркий и иногда самобытный, созданный ею образ, – ее кончина была огромным лишением в области нравственного и эстетического наслаждения, доставляемого театром. Для Савиной сцена была любимым поприщем для самостоятельного творчества, не ограничивающегося умелым и достоверным изображением того, что задумано автором.

Для тех же, кто имел радость бывать в личном общении с Савиной, кто знал ее не только по сцене, но и в частной жизни, ее уход “за грань земного кругозора” был двойной и горестной утратой. В ее лице из их духовного обихода ушла обладательница ума, тонкого и проницательного, способного, благодаря широкому развитию на почве неустанного самообразования, все понимать и перерабатывать, – обладательница образного, красочного и точного слова для выражения изящной, в своем в своем художественном обличии, мысли не лишенной по временам иронии и затаенной насмешки. Все это, в соединении с пленительной внешностью и в особенности с удивительными по живости выражения, блеску и внутреннему огню глазами Савиной, заставляло крайне дорожить беседой с нею и пребыванием в одном с нею обществе, которое она своим присутствием всегда умнела оживлять и поднимать от часто пошлой обыденности в область искусства и общих вопросов.


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (1 votes, average: 5,00 out of 5)

Савина и Тургенєв