Фауст: Чернокнижник и чародей

Вслед за мятежным Гецем выплыла из туманов прошлого и встала перед внутренним взором Гете загадочная фигура доктора Фауста. “Чернокнижник и чародей”, Фауст жил в те же времена, что и рыцарь с же лезной рукой. Он дышал воздухом того же беспокойного столетия. Жажда высшего знания томила Фауста, она заставила его скитаться из города в город, она толкала его преступить грани дозволенного и заняться “тайными” науками.

Гете читал предание о жизни Фауста в немецких “народных книгах”, он видел кукольную комедию о докторе Фаусте

на ярмарочных подмостках. На сюжет этой легенды была написана пьеса английского писателя XVI в. Марло.

Действительность соединилась в образе Фауста с легендой, их было невозможно разъять. Легенда гласила, что Фауст заключил договор с чертом, чтобы добиться высшего могущества, постигнуть сокровенные тайны бытия. К чему же пришел он в своих исканиях и в чем действительно заключена высшая истина? Образ искателя истины все вырастал в сознании Гете. Первые наброски будущей трагедии он сделал в 1773 г.

И другие замыслы возникли у него в это время: трагедия об Эгмонте, герое освободительной борьбы Нидерландов в XVI в., и трагедия о

Прометее, самом величественном из непокорных гениев, созданных воображением человечества.

Гордое непокорство, стремление уподобиться творящему божеству, воля к подвигу – прометеев огонь, он не угасал и не угаснет в людях даже в самые страшные и темные эпохи жизни человечества. Искра этого огня горела в чернокнижнике Фаусте, прометеево пламя освещало трудные дороги первооткрывателей – мучеников науки, героев освободительной борьбы, творцов и подвижников.

Трагедию “Прометей” Гете не закончил, до нас дошли лишь ее фрагменты.

Сердце, пламенеющее любовью к земле и людям, “бьется в монологе Прометея, обращенном к Зевсу: О, только б моя земля стояла крепко, И хижина, что выстроил не ты, И мой очаг, что я воспламенил Тебе на зависть. Вызов и обвинение бросает Прометей небесному владыке: Мне тебя чтить? За что? Разве смягчил ты мученья Обремененного? Разве утишил ты слезы Страхом томимого?

Нет. Люди не должны покоряться богам. Не вздохами, молитвами и жертвами, а собственными руками добывают они все блага и радости жизни. Пусть же род людской уподобится Прометею:

Пусть страждут, пусть плачут, Пусть знают радость и наслажденье И тебя презирают, Как я!

Монолог Прометея с его “взрывами чувств”, смелостью мысли, свободной формой стиха – высокий образец философской лирики молодого Гете.






Твір на тему закони моралі-найкращі життєві орієнтири.
Фауст: Чернокнижник и чародей